|
Нечестивый тандем США и Израиля не прекращает попыток свалить т.н. «режим аятолл» в Иране с неприкрытым цинизмом и под надуманными предлогами. Но что они могут предложить иранцам взамен? То, что было в прошлом, или новинку, суть которой состоит в навязывании непристойного образа жизни элитного круга общения Эпштейна? Хотят установить либеральный режим, при котором из Ирана будут отправляться девочки и мальчики на утеху правящим западным педофилам?
Именно такой образ жизни угрожает иранцам, большинство из которых привержены благочестивым религиозным ценностям, в случае возрождения монархии в лице сына последнего шаха Ирана Моххаммеда Реза Пехлеви - Резы Пехлеви. Говорят, на встрече с ним президент США Дональд Трамп обещал поддержать претензии Резы на трон в благодарность за подстрекательство иранцев к беспорядкам. Шахскому отпрыску, видимо, мало прямых бомбежек американской военщиной соотечественников!
Помню, в 70-х годах в Москве проводился кинофестиваль иранских фильмов. Обожатели Запада в лице предшественников будущих постсоветских либералов были взбудоражены. Как же, шахский Иран, разбогатевший на нефтяных дрожжах англо-британских нефтяных компаний, являл собой образ западного Эльдорадо! Все, как в Лондоне, Париже или Нью-Йорке, хотя и в Тегеране!
Как филолог-иранист по университетскому образованию, я, естественно, интересовался иранской культурой и посмотрел один из фильмов. В памяти не сохранилось его название и полное содержание, но сюжет фильма сводился к мучительным душевным переживаниям одной девицы из знатной семьи, которая некогда была изнасилована молодым щеголем, комильфо. Через несколько лет, познакомившись с ухажером на вечеринке и увлекшись им, она по ряду признаков заподозрила в нем бывшего насильника и, когда ее подозрения оправдались, стала томиться, что ей делать дальше.
Разве Иран изнывал тогда от благополучия и нуждался в кинематографическом подражательстве Западу? Да, шах Мухаммед Реза Пехлеви поднабрался опыта. Это был уже не тот юнец, который взошел на трон после того, как его отец Реза-шах, решивший для реализации своих властных амбиций опереться на страны оси, был принужден отречься от власти. Он уже был не столь наивен, как в первые годы правления, чтобы безоглядно верить англосаксонским и прочим советникам.
Ведь, следуя их рекомендациям, он стал соучастником государственного переворота 1953 года, организованного спецслужбами США и Великобритании в рамках операции «Аякс». Операция привела к отстранению от власти правительства демократически избранного премьера Мухаммеда Мосаддыка, который попытался провести ряд необходимых реформ, в том числе, национализацию нефтегазового сектора. После этого Мухаммел Реза поддержал план ЦРУ по размещению ядерных зарядов вдоль границы с СССР.
Надо думать, заявление Советского правительства по этому поводу несколько образумило шаха. Он затеял белую революцию, революцию сверху, чтобы избежать революции снизу десятков миллионов обездоленных рабочих и дехкан, умами которых владело духовенство. Это позволило немного облегчить обременительную опеку англосаксов, вмешивавшихся в проведение внутренней и внешней политики.
Мухаммед Реза решился воспользоваться помощью советских специалистов для создания металлургической промышленности Ирана, позволил расширить контакты и связи представителей двух стран, сам побывал в СССР с супругами. Недавно мне напомнила об этом периоде фотография, которую я случайно заметил на стене вестибюля при выходе из Большого Екатерининского дворца в г. Пушкин. Она была частью стенда фотовыставки, посвященной знатным посетителям дворца.
Прежде всего я узнал на фото переводчицу с персидского языка Дагмару Ботвинову, работавшую в Гостелерадио СССР в отделе вещания на Иран, которым я заведовал в 80-х годах. Хотя формально я был начальником Дагмары, мне было далеко до ее профессионального и житейского опыта, а также знания Ирана. Эта красивая, и в то же время прекрасная, женщина работала на Ино радиовещании, когда я пошел только в третий класс общеобразовательной школы.
«Как и многих специалистов с Иновещания, - рассказывает в сетях завотделом Дирекции программ Заско И. Ф. - Дагмару часто привлекали к работе с иностранными делегациями, но она никогда не была в Иране. Приехал шах Мухаммед Реза Пехлеви с шахиней, и она вошла в группу переводчиков, став, короче говоря, личной переводчицей шахини. Когда шахиня узнала о том, что Дагмара никогда не была в стране - такой специалист, так знает язык и страну, - то через некоторое время, когда закончился визит, пришло персональное приглашение Дагмаре от шахини посетить Иран. Она, естественно, поехала туда. После этого она часто выезжала с нашими делегациями».
Однако, меня, больше всего, заинтересовало то, кто на фото настраивает фотокамеру рядом с Дагмарой. Если не ошибаюсь, это шахиня Фарах Пехлеви, третья жена Мохаммеда Резы, азербайджанка по происхождению, ныне вдовствующая. Видимо, она хотела запечатлеть на фотопленке роскошь и величие апартаментов российской императрицы. Впрочем, роскошь и величие собственных апартаментов ее и супруга не уступали дворцу Екатерины. Однако это была всего лишь косметика, ретушь неприглядной жизни подавляющего большинства населения Ирана. Оно бедствовало в деревне, искало и не находило лучшей доли в городах, где господствовало чиновничество и коррупция, обретало надежду в проповедях шиитских богословов.
Подавляя народные протесты, поддерживаемые духовенством, иранские шахи династии Пехдеви, видимо, полагали, что способствуют прогрессивному переходу страны от средневековья к прогрессу. Кто станет возражать, что Запад опережает Восток и Юг в технологии и богатстве! Но, во-первых, шахиншахство само по себе является идеологией и практикой еще более древними, чем Средневековье. А, во-вторых, превосходство Запада как раз и зиждется на использовании экономического неравенства в корыстных целях. Запад заинтересован не только в подчинении Ирана своей политике, но и недопущении реального социального прогресса страны.
Иран, как и весь Восток и Юг, обитель традиционного общества. Роль религии в нем остается значительной. Баланс светской и духовной власти нуждается в постоянном контроле. Между тем Мухаммед Реза Пехлеви оценивал роль шиитского ислама в Иране даже ниже, чем Путин В.В., который, по-моему, считает главным событием ХХ века не мексиканскую революцию, не ВОСР, не китайскую, а иранскую революцию. Кто скажет, что наш президент не прав, если содействием усилению многоконфессионального религиозного влияния он стабилизировал внутреннюю обстановку в бывшей атеистической стране!
Между тем, отец Мухаммеда Пехлеви Реза-шах и его сынок подавляли духовенство самыми зверскими способами. Это побуждает некоторых политологов сравнивать их отношение к шиитскому духовенству с отношением В.И. Ленина к религии, вообще. Вождь пролетариата, действительно, допускал резкие высказывания в отношении религии, поскольку православие обслуживало интересы деспотической царской власти. В то же время позиция Ильича в социальном аспекте была близка эгалитарной сути ислама. Он считал неважным различие мнений верующих и атеистов о рае и аде. Главное – единство верующих и неверующих в борьбе против деспотической власти капитализма.
Луиза Марлоу - автор книги «Hierarchy and egalitarianism in Islamic thought» («Иерархия и эгалитаризм в исламской мысли») - исследует напряжение, существовавшее между традиционными эгалитарными идеями раннего ислама и иерархическими импульсами классического периода. Анализ литературы показывает, что, хотя первоначальная направленность ислама была явно эгалитарной как в религиозном, так и в социальном плане, социальный аспект этого эгалитаризма вскоре был подорван после политических успехов ислама и включения иерархических социальных идей из более древних культур Ближнего Востока в новую политическую систему.
Хотя память о ранних многообещающих перспективах ислама никогда полностью не исчезала, и остатки идеала сохранились во многих частях традиции, социальный эгалитаризм быстро стал ассоциироваться с политической подрывной деятельностью, и предпринимались различные попытки ослабить его влияние.
«Режим аятолл» не избежал такой эволюции. Он представляет сейчас политическую систему, построенную на принципах буржуазной псевдодемократии в религиозной упаковке. Да, после Исламской революции 1979 в стране получила возможность легальной работы Народная партия Ирана. Она принимала участие в президентских и парламентских выборах (одним из партийных кандидатов был не состоявший в НПИ и не имевший никакого отношения к коммунизму экс-председатель Исламского революционного суда Садек Хальхали).
Однако сотрудничество НПИ с исламистским режимом закончилось в 1982 году, когда правящий режим начал чистку министерств от членов НПИ и закрыл партийную газету. За короткое время были арестованы свыше 5 тысяч членов и сторонников партии. В феврале 1983 партия была официально запрещена. За год с мая 1983 по май 1984 гг. высших руководителей НПИ заставили выступить по телевидению с заявлениями, восхваляющими ислам и критикующими марксизм-ленинизм.
Хотя НПИ, в отличие от леворадикальных организаций федаинов и моджахедов иранского народа, не принимала участия в вооружённой борьбе против исламистского режима, репрессии продолжали обрушиваться и на её членов. Особенно крупная волна казней коммунистов и других левых пришлась на 1988 год.
Значительная часть членов НПИ покинуло Иран. В 1992 был избран новый ЦК. В настоящее время партия действует в подполье и в эмиграции, основные структуры партии находятся вне страны. Навид Шомали - международный секретарь партии Туде ((сокр. от «Хезбе тудейе Иран» - туде - масса) выступает за мир, прогресс и социализм, а также поддерживает борьбу за национал-демократическую революцию в Иране. Однако он отмечает, что даже широко распространённая антипатия к «режиму аятолл» не оправдывает поддержку иностранного вмешательства в Иран, не говоря уже о доктрине смены режима.
Это убедительно показала реакция иранской общественности на 12-дневную войну в июне прошлого года. Бомбардировка началась 22 июня, в 74-ую годовщину нападения гитлеровской Германии на СССР. Не могу судить, случайно ли такое совпадение, но главное то, что после перенесенного иранцами сурового испытания было заметно сплочение вокруг флага страны и в защиту национального суверенитета. Если Трамп и Нетаньяху полагают, что иранцы забыли, как в период исламской революции «бессмертные» шахские гвардейцы стреляли в безоружных демонстрантов или наматывали живые тела протестующих на гусеницы своих танков, то они ошибаются.
Что же касается беспорядков, то, конечно, никому не нравится падение личных доходов и уровня жизни. Но ведь они вызваны подлой и жесткой санкционной политикой Запада, который требует оплатить отмену санкций отказом Ирана от суверенитета и независимости. Увы, перед иранцами стоит выбор только меньшего из зол.
|
